Рейтинг:  0 / 5

Звезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна
 

Интернет-издание прихода в честь Владимирской иконы Божией Матери  ст. Чемолган Алматинской области

Пресвятая Богородице, спаси нас!

 

Владимирская икона Божией Матери

Интернет-издание прихода в честь
Владимирской иконы Божией Матери

ст. Чемолган
Алматинской области


№ 37 (281) 23 ноября 2014 г.

 

Чтения на Литургии:

 

Еф., II, 14-22.

Лк., X, 25-37.

 

 

 

Неделя 24-я по Пятидесятнице

Притча о милосердном самарянине


Год за годом повторяется по воскресеньям чтение одних и тех же отрывков из Священного Писания. И так часто слышится: Почему снова такое понятное, так хорошо известное место читается, зачем — разве мы этого не знаем?.


И, видимо — нет, не знаем! Потому что узнать по слуху тот или иной отрывок, вспомнить все, что там сказано, это еще не значит "знать". Мы знаем Священное Писание, мы знаем тот или другой его малюсенький отрывок только тогда, когда он для нас стал жизнью, то есть когда мы живем так, как там говорится. И кто из нас может сказать, что, слышав столько раз этот рассказ о самарянине, мы что-то сделали в этом направлении?


Христос ставит перед нами вопрос о совершенно новом отношении к жизни и к миру; законник, человек, который, вероятно, жил справедливо, хорошо, задает Ему вопрос: Кто мой ближний, о котором мне надо заботиться?. Законник думает о себе как о центре жизни и, оглядываясь вокруг, задумывается: Кто самый мне близкий? Кто мне дорог? О ком мне надо позаботиться?.


А Христос отвечает ему, как часто Он делает, переворачивая мир вверх дном: ближний это не тот, который тебе близок, не тот, который тебе дорог, не тот, кого ты, оглядываясь, заметишь и приблизишь к себе, — это тот, который в тебе нуждается, всякий, кто бы он ни был, встречный, поперечный, знакомый и незнакомый...


И Он дает пример доброго самарянина, именно чтобы нам показать, что праведные, добродетельные люди проходили мимо человеческой нужды; а человек, считавший себя грешным, который не ставил себя в центр жизни, потому что себя нельзя было таким поставить в центр, сумел посмотреть, увидеть и пожалеть...


И вот снова перед нами эта притча, снова этот мир вверх дном, и снова ставится перед нами вопрос: Да, — читали! Да, — слышали! — а что дальше? Кто из нас сумел посмотреть вокруг себя, забыв, что он в центре жизни, и в центр жизни поставить того человека, которому сейчас нужно помочь — и материально, и душевно, — которому нужен ближний? И этот ближний — я, это — каждый из нас.
Я хочу обратить ваше внимание на две или три черты сегодняшнего Евангелия. Нам говорится, что человек шел из Иерусалима в Иерихон. В Ветхом Завете Иерусалим был местом, где жил Бог; это было место поклонения Богу, место молитвы. И теперь человек шел обратно, в долину: с горы созерцания туда, где течет человеческая жизнь.


И на пути на него напали разбойники, сорвали с него одежды, изранили и бросили при дороге. И три человека прошли, один после другого, следуя тем же путем. Все трое возвращались оттуда, где живет Бог, где они Ему молились, Ему поклонялись, предстояли в Его Присутствии. И двое из них прошли мимо. Текст Евангелия так ярко говорит, что священник просто прошел мимо; даже не сказано, что он взглянул на него. Он был "духовенством", человеческие нужды его не касались — по крайней мере, он так думал; он ничему не научился от молитвы Богу, Который есть Сама Любовь. И другой человек пришел, левит, человек начитанный, умудренный в знании Священного Писания — но не в знании Бога. Левит подошел, постоял над человеком израненным и умирающим — и пошел дальше своим путем. Его ум парил в материях более выспренних, чем человеческая жизнь, чем человеческое страдание, — так, по крайней мере, он думал.


А потом пришел человек, который в глазах иудеев был презренным просто из-за того, чем он был; не за его личные или нравственные недостатки, а потому что он был самарянин: отверженный иудеями, то, что индусы называют пария. Он склонился над раненым, ибо знал, что значит быть брошенным, он знал, каково быть нежеланным, когда другие обходят тебя с презрением, а то и с ненавистью. И он склонился над раненым, он сделал все, что мог, чтобы облегчить и исцелить его раны, он привел его в место покоя. И все это он сделал ценой ущерба для себя: он не только заплатил хозяину гостиницы за заботу о раненом, но он отдал свое время, он отдал все свое внимание, он отдал свое сердце. Он заплатил полную цену, которую мы можем дать ради внимания к окружающим нас людям.


И вот сейчас мы провели все утро в Божием собственном присутствии, в месте, где Он живет; мы слышали Его голос, говорящий нам о любви; мы провозглашали свою собственную веру в этого Бога, Который есть Сама Любовь, в Бога, Который отдал Своего Единородного Сына, чтобы каждый из нас — не просто все мы коллективно, но каждый из нас лично был спасен. И теперь мы пойдем из церкви; в течение недели, или до того момента, когда мы снова придем в церковь, мы встретим не только одного, а многих людей. Будем ли мы, как священник или как левит, размышлять о том, что мы узнали здесь, хранить в сердце изумление и радость — и проходить мимо других, потому что забота о вещах мелких может нарушить наш мир душевный, отвлечь ум и сердце от этого чувства дивности встречи с Богом, пребывания в Его присутствии? Если так, то мы мало — если вообще что-либо — поняли о Евангелии, о Христе, о Боге. И если мы спросим, как юноша или как законник: Но кто наш ближний? Кто тот, ради которого я должен отвлечься от глубочайших переживаний сердца, от высших интересов ума, от всего лучшего, что я переживаю? — то ответ Христов прямой и простой: Всякий! Всякий, кто в нужде, на любом уровне; на самом простом уровне пищи и крова, нежности и сердечности, внимания и дружбы.
И если когда-то — этого может никогда не случиться, но может и случиться в любое мгновение — от нас потребуется большее, тогда мы должны быть готовы любить нашего ближнего так, как Христос научил нас: с готовностью положить нашу жизнь за него. Речь не о том, чтобы так отдать жизнь, чтобы быть убитыми; речь о том, чтобы изо дня в день отдавать всю нашу заботу всем, которые нуждаются в ней: те, кто в горе, нуждаются в утешении; те, кто потерял почву под ногами, нуждаются в укреплении и в поддержке; которые голодны, нуждаются в пище; те, кто в материальной нужде, могут нуждаться в одежде; и те, кто находится в духовной растерянности, могут нуждаться в слове, которое ключом бьет из той самой веры, которую мы получаем здесь и которая есть наша жизнь.


Пойдем поэтому сейчас из храма, помня об этой притче не как об одном из самых прекрасных слов, сказанных Христом, но как о конкретном пути, конкретном примере того, как Он нас зовет жить, действовать и относиться друг ко другу; и будем смотреть вокруг себя зорким, внимательным взглядом, помня, что иногда малая капля сердечности, одно теплое слово, один внимательный жест могут преобразить жизнь человека, который иначе должен был — или должна была — справляться со своей жизнью в одиночку. Да поможет нам Бог быть подобными милосердному самарянину на всех уровнях жизни и с каждым человеком. Аминь!


Митрополит Антоний Сурожский.


***
Добро, которое мы делаем ближним, обращается нам самим во благо
(Из слова о Мусхе десятнике, како сотвори милость со убогою женою и не прикоснулся ей)


Пятая заповедь блаженства: блажены милостивии, яко тии помилованы будут, показывает нам, что желающие блаженства должны быть милостивы. Исполнять сию заповедь можно посредством дел милости телесных и духовных. Дела милости телесной суть: алчущего напитать, жаждущего напоить, одеть нагого, посетить находящегося в темнице, навестить больного, странника принять в дом и упокоить и погребать умерших в убожестве. Духовные же дела милости следующие: несведущего научить истине и добру, подать ближнему добрый и благовременный совет в затруднении или не примечаемой им опасности; молиться за него Богу, утешить печального, не воздавать за зло, которое сделали нам другие; от сердца прощать обиды и отклонять грешника от греха. О сем последнем деле, милости духовной, в соединении с милостью вещественною, я ныне намерен сказать вам несколько слов. Насколько, братие, велико бедствие человека, когда он стоит на пути погибели, настолько же велика и добродетель того, кто спасет погибающего. Такой человек душу свою спасет от смерти и множество грехов своих покроет.


В городе Тире был сборщик податей по имени Мусх. Он рассказывал следующий случай из своей жизни. «Раз, – говорит он, – поздно вечером, идя по городу, я встретил на пути жену и пригласил ее следовать за собою. Она не отказалась, и, когда пришла со мной в дом, я предложил ей вкусить со мною пищи. От пищи она отказалась, и я заметил, что отчаяние выражалось на лице её. Немного спустя она вдруг вскричала; «Горе мне страннице окаянной, погибшей и душою, и телом!» Слыша это, я удивился и спросил, что за причина вопля её? Тогда она со слезами рассказала мне, что её муж-купец, везший морем товары свои и чужие, потерпел крушение и вот теперь за чужое добро сидит в темнице. «Не имея средств, – продолжала жена, – даже на то, чтобы снести ему кусок хлеба, я предалась отчаянию и решилась грехом снискать ему про-питание». «А сколько, – спросил я, – должен твой муж?» «Пять литр золота», – отве-чала она. Тогда я взял золото, дал ей и сказал: «Я имею страх Божий: возьми это, выкупи твоего мужа и молись за меня, многогрешного». Прошел после того год, и затем оклеветали меня перед царем как вора. Вследствие этого имение мое взято было в казну, а сам я посажен в темницу. В темнице целое лето провел я в одном рубище; и, слыша, что царь хочет казнить меня смертью, потерял всякую надежду на избавление. Однажды, находясь в таком безотрадном состоянии, после горьких слез и рыдания, я заснул, и вижу во сне одолженную мною жену, которая говорит мне: «Что с тобою, господин мой, и за что ты страдаешь тут?» Я отвечал, что, оклеветан будучи перед царем, страдаю здесь и здесь же жду себе смерти. «Не хочешь ли, – возразила она, – чтобы я просила царя о твоем освобождении?» Я сказал: «Да знает ли тебя царь?» Она отвечала: «Знает». И тем сон мой кончился. Проснувшись, я никак не мог додуматься, что бы такое он значил. На другую же ночь та же жена опять является мне и говорит уже прямо: «Не бойся; я тебя отпущу». После этой последней ночи, утром, я позван был к царю, который, видя меня в жалком положении, сжалился надо мною и сказал: «Прощаю тебя». Я поднял на него глаза и вот, с удивлением вижу около него стоящею жену ту, а она с улыбающимся лицом смотрела на него. За милостью прощения тут же последовали мне и другие милости: имение мое было возвращено; от царя даны богатые подарки и затем всех сборщиков податей я был сделан начальником. После этого счастливого дня ночью мне опять является та же жена и спрашивает: «Узнаешь ли меня?» Я молчал. «Я – та, – продолжала она, – с которой ты милость сотворил, выкупивши мужа моего из темницы и тем спасши и меня саму от греха. Вот за эту-то твою милость и тебя я от беды избавила».


Что мне теперь сказать вам в заключение этого повествования? Скажу словами апостола Иакова: «Братие! аще кто в вас заблудит от пути истины, и обратит кто его: да весть, яко обративый грешника от заблуждения пути его, спасет душу от смерти и покроет множество грехов» (Иак. 5, 19. 20). Аминь.

 

***
Святитель Феофан Затворник.
Мысли на каждый день года.

 

Вопрошавшему о том, как спастись, Господь с Своей стороны дал вопрос: «в законе что написано? как читаешь?». Этим Он показал, что за разрешением всех недоразумений надо обращаться к слову Божию. А чтоб и самих недоразумений не было, лучше всего всегда читать Божественное Писание со вниманием, рассуждением, сочувственно, с приложением к своей жизни и исполнением того, что касается мыслей - в мыслях, что касается чувств - в чувствах и расположениях, что касается дел - в делах. Внимающий слову Божию собирает светлые понятия о всем, что в нем, и что около и что выше его: выясняет свои обязательные отношения во всех случаях жизни, и святые правила, как драгоценные бисеры, нанизывает на нить совести, которая потом точно и определенно указывает, как когда поступить в угодность Господу, укрощает страсти, на которые чтение слова Божия действует всегда успокоительно. Какая бы ни волновала тебя страсть, начни читать слово Божие и страсть будет становиться все тише и тише, а наконец и совсем угомонится. Богатящийся ведением слова Божия имеет над собою столп облачный, руководивший израильтян в пустыне.

 

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

       Союз православных граждан Казахстана    Сайт Православной Интернет Карусель