Рейтинг:  0 / 5

Звезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна
 

Интернет-издание прихода в честь Владимирской иконы Божией Матери  ст. Чемолган Алматинской области

Пресвятая Богородице, спаси нас!

Икона Владимирской Божией Матери

Интернет-издание прихода в честь
Владимирской иконы Божией Матери

ст. Чемолган Алматинской области

№ 83 (327) 30 августа 2015 г.

Чтения на Литургии: 1 Кор., XVI, 13-24.
                               Мф., XXI, 33-42.

 

 

 

Неделя 13-я по Пятидесятнице

 

Толкование на Евангелие
Притча о злых виноградарях

Во имя Отца и Сына и Святого Духа.

Как страшно бывает священнику, когда он обращается к Божиему народу, к людям, которых так возлюбил Господь, что Свою жизнь отдал для них, — с этими словами. Как страшно, что он, священник, такой же хрупкий, слабый, как и все, говорит во имя Отца, и Сына Его, и Святого Его Духа! И с каким трепетом собираешь свои мысли, чтобы ни одной мысли не было такой, какой не мог бы выразить или принять Сам Господь.

С этим трепетом я снова обращаюсь с проповедью к вам. Мы находимся сейчас в свете Успения Божией Матери; и сегодня день Воскресения Господня. Эти два события связаны между собой неразлучно, неразрушимой связью: но они относятся и к нам. Воскресение Христово — это победа Бога над смертью, одержанная не Богом Одним, но Богочеловеком, Господом Иисусом Христом. В этой победе участвует не только Божество, но и человечество, потому что Человек Иисус Христос, как Его называет апостол Павел, взял на Себя все, что возложил на Него Отец, и только поэтому мог Он совершить дело нашего спасения.

Поэтому то, что случилось с Ним — крестная смерть, сошествие в ад, воскресение, вознесение — относится непосредственно и к роду человеческому: это не только Божественное событие, — это событие и человеческое. И мы видим, как это событие приносит первые свои плоды в успении и воскресении Божией Матери. В одной из молитв вечерни праздника Успения Божией Матери говорится о нем как о бессмертном успении. В древности, в Ветхом Завете смерть переживалась не только как лишение временной жизни, как разлука души от тела; она переживалась как нечто более страшное. Человечество, пав, потеряло свое единство с Богом. Каждый человек, пока он был еще жив на земле, до какой-то степени общался с Богом: молитвой, верой, надеждой, со-хранением заповедей. Но после смерти никто не мог стать перед Богом и войти ликованием в Божию вечность. Только со смертью и сошествием в ад Христа эта страшная смерть, эта окончательная разлука с Богом была побеждена раз и навсегда для всех.

Поэтому успение Божией Матери — это, как говорят о нем церковные молитвы, временный сон тела, тогда как душа оживает полнотой жизни в Боге. Но в нем есть еще нечто большее. Мы знаем из церковного Предания, мы верим опытом Церкви и опытом нашей собственной внутренней жизни, что как Христос воскрес, так и Божия Матерь не могла бы быть, даже телесно, удержана тлением во гробе. Божия Матерь телесно воскресла силой и действием Христа Бога, Которого своей верой, чистотой, святостью Она ввела в мир. И это уже начало всеобщего воскресения, это уже воочию увиденное нами наше будущее.

Через несколько дней отдание Успения, и мы будем вспоминать этот праздник, но как бы уходящий от земли: мы его отдаем Богу. Что это зна-чит? Это значит, что это событие, которое среди нас жило, действовало, вдохновляло нас в течение всех этих дней, теперь переходит в вечность как обещание, и остается нам ожидание: ожидание веры, ожидание надежды, ожидание любви, ожидание радости о том, что победа не только одержана Христом, но что она уже явлена нам на земле в лице Божией Матери.

Отдадим же этот праздник, дадим его в вечность: но будем помнить, что мы его обретем в свое время, когда сами, пройдя узкими вратами смерти, войдем в вечность Божию, — не в ту страшную смерть, какой была смерть Ветхого Завета, но в смерть, которая для христианина является временным сном в ожидании всеобщего воскресения. И мы знаем, что это воскресение будет, потому что в лице Божией Матери оно уже совершилось.
Но оно не совершится просто, потому только, что воскрес Христос, что искупил и спас Он нас страшной Своей смертью и сошествием в ад, и тридневным пребыванием во гробе. Оно не совершится только потому, что Божия Матерь Своей чистотой, святостью так соединилась, сроднилась с Богом, что гроб и умерщвление не могли Ее удержать. Мы войдем в вечность, только если сами вырастем в меру истинного, подлинного человечества, если станем достойными звания человека, потому что только человек может статьпричастником Божественной природы. Пока мы не выросли в эту меру, пока мы только зачаточно, в надежде, в мечте Божией являемся людьми, и так низко пали, так далеко от Него — нам путь еще заказан.

Сегодняшняя притча нас предупреждает именно об этом. Нам дан от Бога виноградник — этот мир, который нам было велено возделать, освятить, который мы должны были ввести в Божественную святость, исполнить присутствием Святого Духа... А мы этот мир взяли в собственность и действуем в этом мире, как те недостойные работники Божии. Приходящего к нам с вестью о правде мы отвергаем: не всегда убиваем (хотя Ветхий Завет полон этого ужаса), но мы его отвергаем холодностью, безразличием, тем, что отворачиваемся от вестника Божия и говорим ему Уйди! Умри, будто тебя никогда и не бывало! И когда к нам обращается Спаситель Христос со спасительной вестью — разве мы каемся? Мы умиляемся тому, что мы видим на Страстной седмице, тому, что читаем в Евангелии, — но разве мы меняемся так, чтобы все стало ново в нас? Разве мы не даем Ему умереть, так, как заставили Его умереть люди около двух тысяч лет тому назад?

Как же мы ответим Богу, когда мы станем перед Ним? Неужели смерть для нас будет тихим, безмятежным сном плоти, а душа оживет ликованием в вечную жизнь, просто потому, что воскрес Христос, просто потому, что воскресла Божия Матерь?.. Подумаем об этом: и всей жизнью, чистотой, правдой, святостью нашей жизни ста-нем достойны того, чтобы и для нас смерть была, по слову апостола Павла, не совлечением временной жизни, но облечением в вечность. Аминь! Митрополит Антоний Сурожский

***
Наша любовь к Богу должна быть крепкая

Наша любовь к Богу должна быть крепкая, выше всякой другой любви; т.е. мы должны любить Бога более всего. Так как Бог есть высочайшее благо, и Он беспредельно совершеннее всех тварей, и вместе Он есть несравненный наш Благодетель, Податель всех благ, то поэтому наша любовь к Богу должна быть выше всякой другой любви, и всякая другая любовь должна подчиняться сей любви к Богу (Поуч. Евсевия о вере, кн. 3, стр. 193). О такой любви Апостол говорит: Кто ны разлучит от любве Божия? скорбь ли, или теснота, или гонение, или глад, или нагота, или беда, или меч? Но во всех сих препобеждаем за Возлюбльшего ны. Известихся бо, яко ни смерть, ни живот, ни ина тварь кая возможет нас разлучити от любве Божия, яже о Христе Иисусе Господе нашем (Рим. 8:35-39). Слыша сие, братие, вы, конечно, спросите: неужели можно иметь такую любовь к Богу? Отвечаем: можно, и это мы покажем вам самым делом.

При императоре Юлиане-отступнике христианские храмы были закрыты, и потому христиане, для совершения Богослужения, стали собираться в поле. Юлиан узнал об этом и велел одному из военачальников всех, собиравшихся туда, умертвить. Начальник был человек добрый и, щадя христиан, предупредил их о повелении царском. Между тем, рано утром, увидал он одну женщину, которая, с ребенком на руках, быстро вышла из дома и так же быстро прошла мимо солдат упомянутого начальника. Последний велел взять ее и привести к себе. Когда она была приведена, он сказал: «Убогая жена, куда так рано спешишь?» Она отвечала: «В поле, где христиане собираются». Начальник сказал: «Да разве ты не слыхала, что туда придет посланный от царя и всех, кого найдет там, – убьет?» «Слышала, – отвечала женщина, – потому и спешу, чтобы за Христа умереть там» «Да зачем же, если так, младенца несешь за собою?» «Затем и несу, — отвечала она, — чтобы и он мучения сподобился». Слышав это, начальник, отпустив своих воинов, пошел к царю и сказал: «Если велишь мне умереть, я готов, но исполнить твоего приказания относительно христиан не могу». И рассказал о своей встрече с женщиною.

Итак, правду мы сказали, что можно иметь ту крепкую любовь к Богу, о которой вы слышали от нас в начале слова. Но что мы говорим? Разве единственный пример такой любви представляет эта женщина? Читайте жития святых, и вы убедитесь, что и все они были полны той же любви; ибоинии из них, по слову Апостола, избиени быша, не приемше избавления... Друзии же руганием и ранами искушение прияша, еще же и узами и темницею. Каменем побиени быша, претрени быша, искушени быша, убийством меча умроша. Проидоша в милотех и козиях кожах, лишени, скорбяще, озлоблени. Ихже не бо достоин весь мир, в пустынях скитающеся и в горах и в вертепах и в пропастех земных (Евр. 11:35-38). Все это они также претерпели ради крепкой любви к Господу, как и говорят о себе: во всех сих препобеждаем за Возлюбльшаго ны. А если так, то, без сомненья, такова же ведь должна быть к Богу и наша любовь. Да, братие, такую любовь и мы должны всегда питать в себе или, если не имеем такой любви, то должны стараться достигнуть ее и, достигнув, всеми силами сохранять ее, как величайшее сокровище, помня, что без этой любви нельзя угодить Богу и нельзя достигнуть спасения. Аминь.

Протоиерей Виктор Гурьев.
Пролог в поучениях на каждый день года.

Святитель Феофан Затворник. Мысли на каждый день года

Царь устраивает брачный пир для своего сына, посылает за званными однажды, посылает дважды, нейдут из-за житейских забот: тот занялся хозяйством, тот торговлею. Сделано новое приглашение в других сферах, и брачная палата наполнилась возлежащими. Между ними оказался один не одетый по брачному, и потому извержен. Смысл притчи ясен. Пир брачный - Царство Небесное; приглашение - проповедь Евангелия; отказавшиеся - совсем не уверовавшие; не одетый по брачному - уверовавший, но не живший по вере. К какому разряду кто из нас относится, сам всякий разбери. Что мы званные, это ясно, но верующие ли? Ведь можно быть и среди верующих, под общим их именем, без веры. Иной совсем не думает о вере, словно нет ее; иной кое-что ведает о ней и из нее и доволен; иной криво толкует веру; иной совсем враждебно относится к ней, а все числятся в кругу христиан, хоть у них ровно ничего нет христианского. Если ты веруешь, - разбери, сообразны ли с верою чувства твои, дела твои, - одеяние души, ради которых Бог видит тебя брачно или небрачно одетым. Можно знать веру хорошо и ревновать по ней, а в жизни работать страстям, одеваться, то есть, в срамную одежду души грехолюбивой. У таких на словах одно, а в сердце другое; на языке: "Господи, Господи!", а внутри: "имей мя отреченна". Рассуждайте же о себе, в вере ли вы и в брачной ли вы одежде добродетелей, или в срамных рубищах грехов и страстей.

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

       Союз православных граждан Казахстана    Сайт Православной Интернет Карусель