Рейтинг:  0 / 5

Звезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна
 

Интернет-издание прихода в честь Владимирской иконы Божией Матери  ст. Чемолган Алматинской области

Пресвятая Богородице, спаси нас!

Икона Владимирской Божией Матери

Интернет-издание прихода в честь
Владимирской иконы Божией Матери

ст. Чемолган Алматинской области

№ 109 (353) 21 февраля 2016 г.

Чтения на Литургии: Кол., III, 12-16.
                               Лк., XVIII, 18-27.

 Неделя о мытаре и фарисее.

СЛОВО НА ЕВАНГЕЛЬСКОЕ ЧТЕНИЕ.
Притча о мытаре и фарисее.

Мы привыкли презирать и осуждать фарисея: нам кажется, что сегодняшнее Евангелие дает нам на это право — он будто осужден Самим Христом. Но мы забываем, что надменная праведность фарисея стоила дорого ему и подобным ему людям. Это были люди подвига и убеждения; по коротким словам, которые о нем сказаны в Евангелии, он постится дважды в неделю, то есть воздает Богу не только то, что должен бы воздавать по закону, но больше, сверх меры: он дает Богу от своего усердия. И одно-временно он дает значительную часть своего дохода нуждающимся, то есть и к людям тоже он обращен каким-то, хоть и суровым, подвигом жизни. Поэтому нельзя легко судить о нем. Фарисеи были люди, которые были готовы понести тяготу своего подвига; но разбивался этот подвиг о правду Божию на том, что из своего подвига они черпали сознание какой-то мнимой праведности, а любви не достигали. Вот он вошел в храм, не остановился у притолоки, не вспомнил, что находится в храме Бога Живого, что нет твари, которая не должна бы пасть перед Ним в трепете, в ужасе, в любви. Он пришел твердым шагом и занял свое место в храме — он на это место “имеет право”; он живет достойно, по правилам Церкви, и потому стоит он там, где имеет право стоять.

Разве это не страшно и не осуждающе похоже на нас? Как часто мы знаем, что у нас есть перед Богом, среди людей место и что есть у нас место, я не говорю — в вещественном храме, но в том таинственном, незримом храме, который есть мироздание, трепетно собранное вокруг Живого Бога своего. Мы тоже часто думаем: “Мое место — тут, а его — там”.

А “там” стоял человек, который по суду людскому действительно не имел никакого пути вперед, в передние ряды праведников Господних. Он был собирателем податей, но как он отличался от современных! Он просто был прислужником оккупантов-римлян, которые поработили народ израильский, всячески его притесняли и искали в его же среде таких людей, которые будут только заниматься побором, сбирать их дань. И конечно, такие люди были всеми ненавидимы, потому что законом их жизни было вымогательство, была твердость, была жестокость, была беспощадность.

Но одному, видно, этот мытарь научился в той страшной, жестокой жизни, которую он вел среди себе подобных и среди жертв ожесточения людского. Он научился, что не выжить человеку в страшном человеческом обществе, если хотя бы на мгновение не будет приостанавливаться закон, если хотя бы на мгновение не будет проявляться жалость, милосердие. Если все будет идти по писанному, если все будет делаться так, как по праву можно поступать, то ни один человек не уцелеет.

И вот он стал у притолоки, зная, что по правде людской и по правде Божией он заслуживает ту же беспощадную жестокость, какую он сам при-меняет изо дня в день; и он стал там, бия себя в грудь, ибо знал, что за-служить никакого милосердия нельзя, — милосердие не заслуживается, никакого милосердия купить нельзя, ни быть достойным его нельзя — его только вымолить можно; оно может прийти как чудо, как непонятное, совершенно неожиданное чудо, когда праведность склоняется перед грехом, когда милосердие вдруг прорывается там, где должна бы проявиться правда — высокая, беспощадная правда. Он стоит весь в грехе своем, не смея войти в область правды Божией, потому что там для него нет прощения, а стоит он у притолоки, надеясь, что до края этого храма, до края праведности и через край ее перельется милость, жалость, сострадание, милосердие, что с ним случится незаслуженное и невозможное.

И потому что он верит в это, потому что жизнь его именно этому научила — что случается невозможное, и только невозможное делает жизнь люд-скую возможной, — он стоит, и до него доходит Божие прощение.

Христос нам говорит, что этот ушел более оправданным, чем другой. Фарисей не был просто осужден: до часа смертного можно надеяться на прощение, и он был праведен, он был труженик, он вкладывал усилие души и тела в праведность свою. Она была бесплодна, из нее не высекалась даже и искра сострадания и любви — и, однако, это была праведность... А неправедность получила прощение.

Вот, подумаем об этом; подумаем о том, во-первых, являемся ли мы хотя бы фарисеями, есть ли в нас вообще какая-то правда, правда перед людьми, с доброделанием, правда перед Богом — то есть отдаем ли мы Ему должное, то, на что Он просто имеет право? А потом поставим перед со-бой вопрос: лишенные даже и праведности фарисея, не являемся ли мы такими же, как и он, безлюбовными, бессердечными, мертвыми душой? Как мы смотрим на ближнего — в храме, вне храма, в жизни, в семье, на работе, на улице, в газете, везде: единичного ближнего и коллективного ближнего? Как мы на них смотрим, как мы о них судим, не имея опоры даже в истинной, хотя и мертвой, праведности фарисея?.. Аминь.

Митрополит Антоний Сурожский

 

Первая подготовительная неделя к Великому посту.

Святая Православная Церковь как чадолюбивая мать не сразу вводит нас на поприще Поста, зная, что без должной подготовки человек может приуныть и ослабеть в любом, даже благом, деле. Поэтому перед Великим постом Устав назначает три подготовительные недели, или седмицы, которые постепенно приуготовляют душу человека к подвигу. Неделя о мы-таре и фарисее – первая из них. Богослужение воскресного дня пока еще не очень сильно отличается от обычного. Для пробуждения чувств покаяния и сокрушения о грехах Церковь в подговительные седмицы поет на воскресных утренях, начиная с Недели (Воскресения) о мытаре и фарисее и кончая пятым воскресеньем Поста, пред каноном умилительные стихиры (тропари) «Покаяния отверзи ми двери, Жизнодавче», «На спасения стези настави мя, Богородице», «Множество содеянных мною лютых». В подговительные седмицы, на воскресной всенощной после полиелея, Церковь оплакивает духовный плен христиан пением 136-го псалма: «На реках Вавилонских».

В основу первой стихиры – «Покаяния отверзи ми двери» - положена притча о мытаре: из нее взяты сравнения для изображения покаянного чувства. В основе второй песни – «На спасения стези» - лежит притча о блудном сыне. В основе третьей - «Множество содеянных мною лютых» - предсказание Спасителя о Страшном Суде.

Слава Отцу и Сыну и Святому Духу: Покаяния отверзи ми двери, Жизнодавче, утренюет бо дух мой ко храму святому Твоему, храм носяй телесный весь осквернен; но яко Щедр очисти благоутробною Твоею милостию.

И ныне и присно и во веки веков, аминь: На спасения стези настави мя, Богородице, студными бо окалях душу грехми и в лености все житие мое иждих; но Твоими молитвами избави мя от всякия нечистоты.

Помилуй мя, Боже, по велицей милости Твоей и по множеству щедрот Твоих очисти беззаконие мое!

Множества содеянных мною лютых помышляя окаянный, трепещу страшнаго дне суднаго, но надеяся на милость благоутробия Твоего, яко Давид вопию Ти: помилуй мя, Боже, по велицей Твоей милости.

Перевод: Жизнодавец! открой мне двери покаяния, ибо душа моя с раннего утра стремится к Твоему святому храму, так как ее храм телесный весь осквернен; но Ты, как щедрый, очисти его по Твоей безмерной милости.

Богородица! наставь меня на путь спасения, ибо я осквернил душу свою постыдными грехами и всю жизнь свою провел в лености; но Ты Своими молитвами избавь меня от всякой нечистоты.

Я, несчастный, помышляя о множестве совершенных мною беззаконий, трепещу страшного дня суда; но, надеясь на Твою безмерную милость, как Давид, взываю к Тебе: помилуй меня, Боже, по великой Твоей милости.

Это единственное песнопение, которое объединяет период подготовки к Великому посту и сам Пост. Оно появляется с началом пения Постной триоди в Неделю о мытаре и фарисее. Мы слышим его на каждой воскресной всенощной (вечернее богослужение в субботу вечером) вплоть до пятого Воскресения Великого поста, или Недели о преподобной Марии Египетской. Евангельское чтение этого дня предлагает для поучения притчу Христа о мытаре и фарисее (Лк. 18:10-14), от названия этой притчи получила название и первая подготовительная неделя. Эта притча за-дает тон на весь Пост.

Церковь примером мытаря и фарисея напоминает о смирении как истин-ном начале и основании покаяния и всякой добродетели и о гордыне как главном источнике грехов, который оскверняет человека, отдаляет его от людей, делает богоотступником, заточающим себя в греховную самостную оболочку. Смирение как путь к духовному возвышению показал Сам Бог, смирившийся до немощнейшего состояния человеческой природы, «приняв образ раба» (Флп. 2:7).

Чтобы посрамить гордыню фарисея, который придавал значение своему посту, Церковь отменяет пост в среду и пятницу (поэтому она называется «сплошной седмицей»), показывая, что не пост или какое-либо другое де-ло спасает человека, а Бог, ищущий смиренное сердце. Так постепенно ужесточается воздержание: после сплошной седмицы восстанавливаются посты среды и пятницы; затем следует высшая степень приготовления – запрещение вкушать мясную пищу.

***
Святитель Феофан Затворник. Мысли на каждый день года.

 

Вчера учило нас Евангелие неотступности в молитве, а ныне учит смирению или чувству бесправности на услышание. Не присваивай себе права на услышание, но приступай к молитве, как никакого внимания недостойный, и дающий себе дерзновение отверзть уста и вознести молитву к Богу по одному безпредельному к нам бедным снисхождению Господа. И на мысль да не приходит тебе: я то и то сделал; подай же мне то-то. Все, что бы ты ни делал, почитай должным; ты должен был все то сделать. Если бы не сделал, подвергся бы наказанию, а что сделал, тут не за что награждать, ничего особенного не явил ты. Вон фарисей перечислил свои права на услышание, и вышел из церкви ни с чем. Худо не то, что он так делал, как говорил; так и следовало ему поступать, а худо то, что он выставил то, как особенное нечто, тогда как сделавши то и думать о том не следовало. - Избави нас, Господи, от этого фарисейского греха! Словами редко кто так говорит, но в чувстве сердца редко кто не бывает таким. Ибо отче-го плохо молятся? Оттого, что чувствуют себя и без того в порядке находящимся перед Богом.

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

       Союз православных граждан Казахстана    Сайт Православной Интернет Карусель