Рейтинг:  0 / 5

Звезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна
 

Интернет-издание прихода в честь Владимирской иконы Божией Матери  ст. Чемолган Алматинской области

Пресвятая Богородице, спаси нас!

Интернет-издание прихода в честь
Владимирской иконы Божией Матери

ст. Чемолган Алматинской области

№ 22 (474) 10 июня 2018 г.

Чтения на Литургии: Рим. II:10-16.
                                   Мф. IV:18-23.

 

Владимирская икона Божией Матери

Неделя 2-я по Пятидесятнице.
Всех святых в земле Российской просиявших.

Святитель Феофан Затворник. Мысли на каждый день года

(Рим. 2, 10-16; Мф. 4, 18-23). Позвал Господь Петра и Андрея, и они тотчас, оставя все, пошли за Ним. Позвал Он Иакова и Иоанна, и они тоже тотчас оставили все и пошли за Господом. Отчего же они так скоро и охотно пошли? Оттого, что увидели лучшее. Таков уж закон у нас в душе, что узнав и вкусив лучшее, она отвращается от худшего и бросает его. Тут совершается то же, что потом Господь изобразил в притче о сокровище, сокрытом на селе, и о бисере многоценном. Это сокровище и бисер - вера в Господа и общение с Ним по силе веры. Обладателями этого мы нарицаемся еще в крещении. Отчего же мы так мало ценим такое сокровище и, мало ценя, меняем на пустошь? Оттого, что во время воспитания не вводят нас во вкус этого сокровища, и оно становится чуждо нашему сердцу. Сердце наше не знает этого лучшего. Оно знает только, что из нехорошего меньше нехорошо и что больше, и на этом основывает свой взгляд. Тут и причина вся, отчего иных зовет Господь и они идут, а мы, и призванные, бежим от Него.

 

***
День Всех Святых земли Российской 

В бесконечном богатстве личности Всечеловека Христа каждый народ выделил черты святости, которые ближе его сердцу, которые более понятны, которые для него более осуществимы. Сегодня из всего дивного многообразия святости, всего богатства земных и небесных человеческих возможностей мы празднуем память всех святых, в земли Российской просиявших: людей, которые нам по крови близки, жизнь которых переплелась с самыми решающими событиями нашей истории, людей, которые являются славой нашей земли, богатым, прекрасным плодом сеяния Христова, как о них говорится в праздничном тропаре.

В этом сонме русских святых, мне кажется, можно выделить три черты как характерные свойства русской святости: не в том смысле, что они отсутствовали у других народов, а в том смысле, что эти именно свойства были восприняты и возлюблены в нашей родной земле.

Первая – бесконечное терпение Господне. Святой Апостол Петр говорит, что Бог не медлит Своим судом, а терпит; Он ждет, потому что Он любит, а любовь всему верит, на все надеется, всего ожидает и никогда не перестает. И вот это свойство Христовой терпеливой, бесконечно ожидающей любви, которое так дорого Ему обходится, – потому что терпение означает готовность продолжать выносить, пока не осуществлена воля Божия, ужас и безобразие и страшные картины земли, – это терпение Господне находит свое выражение и в наших святых: не только изумительной выносливостью и выдержкой в подвиге, но и такой открытостью сердца, которое никогда не отчаивается о судьбе грешника, такой открытостью сердца, которое каждого принимает, которое готово последствия этой терпеливой любви нести на себе не только подвигом, но и страданием, и гонением, не отворачиваясь от гонителя, не отрекаясь от него, не выбрасывая из своей любви, но с готовностью, как говорит Апостол Павел, погибнуть даже в вечности, только бы спаслись те, которым нужно спасение.

Другое свойство, которое поразило в Христе русский народ, это величие Христовой униженности. Все языческие народы искали в своих богах образ того, чем мечтали сами быть – лично, каждый человек, и вместе, весь данный народ: они выделяли славу, выделяли власть, могущество, доброту, справедливость. И даже те боги древности, которые погибали ради народа, погибали героической смертью и восставали немедленно в славе.

Но явление Божие во Христе – иное; выдумать Его было нельзя, невозможно, ибо таким никто Бога не мог бы себе представить: Бога, Который делается униженным, побежденным; Бога, Которого народ окружает насмешкой и презрением, прибив ко кресту, издеваясь над Ним... Таким Бог мог явить Себя Сам, но выдумать Его таким человек не только не мог, но и не захотел бы, особенно если помнить слова этого Бога о том, что Он дает пример, чтобы мы были таковы, каков Он был.

И вот этот образ униженного Христа, этот образ Бога пораженного, Бога побежденного, Бога, Который так велик, что Он может вынести и последнее надругание, оставаясь во всей славе и величии Своего смирения, русский народ возлюбил, и теперь любит, и теперь осуществляет.

И третья черта, которую мне хочется отметить, которая мне кажется общей всем русским святым, это то, что на протяжении всей русской истории святость совпадает с явлением и проявлением любви.

Типы святости чередовались на нашей земле: были отшельники и были монахи, живущие в городах; были князья и были епископы; были миряне и подвижники всякого рода – не забывая и юродивых. Но все они появлялись не случайно, а в тот момент русской истории, когда в том или другом образе подвига можно было яснее явить любовь свою к Богу и любовь свою к людям. И это – одна из радостей нашей трагической и часто темной и страшной истории: что во все ее эпохи – были ли они светлые или мрачные – красной нитью, золотым узором бежала эта струя Божественной любви, и что где приумножался грех, там преизбыточествовала благодать, и где возрастала человеческая жестокость, там проявлялось новое свидетельство Божией любви, загоревшейся в человеческих сердцах, свидетельство жалости Божией, жалости человеческой.

Наши святые – нам родные и близкие; но если мы задумаемся над собою, то можем ли мы сказать, что эти черты являются вожделением, мечтой наших душ, жаждущих вечной жизни? Не ищем ли мы обеспеченности – а не уязвимости, силы – а не пораженности, славы – а не унижения? Является ли наша жизнь во всех или, хотя бы, в основных ее проявлениях любовью, воплощенной в человеке? Находим ли мы в себе это бесконечное, ничем несокрушимое терпение, эту смиренную любовь к ближнему, эту отдачу себя, эту способность никого не отвергать, а, по слову Христову, благословлять всякого, любовью сиять на доброго и на злого, проявлять ту любовь, о которой Апостол Павел нам говорит?..

А если не находим, то мы – вне потока русской святости, вне пути Христова в русской душе и в русской истории. Тогда мы осколок, отбросок. Как это страшно и жалко подумать! И если мы хотим, чтобы зазвенели все струны наших душ человеческих, чтобы зажило в нас и запело все, что может жить и петь песнь Господню, хотя бы и на земле чужой, то мы должны приобщиться именно этим свойствам русской святости, русской святой души, и тогда мы будем едины с теми подвижниками, которые ныне продолжают свой путь спасения земли Русской – кровью и не угасающей любовью. Аминь.
Митрополит Антоний Сурожский

***
Легкое бремя поста 

Беда нашего времени в тотальном духовном «нечувствии». Мы утратили не только вкус духовной жизни, но и само понятие о ней. И ладно, если бы только утратили, а то ведь зачастую и не приобрели даже.

Петропавловский или Апостольский пост установлен Церковью в память первоверховных Апостолов Петра и Павла. А поскольку слово «Петропавловский» довольно длинное, то в народе этот пост стал называться просто и сокращённо – Петровым.

Апостолы постом и молитвой подготавливали себя к всемирной проповеди Евангелия. Кто-то, возможно, подумает: а какое это имеет отношение к нам? Да самое непосредственное. Благовествование Царствия Божьего – это не только обязанность христианина, но и его естественное свойство, если можно так выразиться. «Горе мне, если я не благовествую!» – говорит апостол Павел, имея в виду, конечно, не только словесную проповедь, но и саму жизнь, поступки, которые должны свидетельствовать о чистоте и святости нашей веры. Конечно, без поста и молитвы такое благовествование не возможно.

В этом году Петров пост особенно длинный. Он будет продолжаться почти полтора месяца. Связано это с тем, что окончание поста всегда приходится на 12 июля – день памяти первоверховных Апостолов, – а начало припадает на вторую неделю по Пятидесятнице и, следовательно, связано с Пасхой. Чем раньше Пасха, тем длиннее пост.

Пост заключается не только в воздержании от мяса. В принятии постной пищи тоже надо быть воздержанным, и от любимого телевизора хорошо бы отлучить себя хотя бы на время, и от патологической болтовни по телефону, и от выпивки, и от супружеской близости… словом, от всего, что так привычно скрашивает горечь житейских будней.

Кто-то скажет – сурово… Да нет же… Наш пост, даже самый «суровый» – с точки зрения канонов и правил монастырского, подвижнического жития – это просто «сладкая жизнь». Так мы ослабли, изнемогли по сравнению с нашими предками. И причины здесь не только и даже не столько объективные, вроде пресловутой «экологии». Дело в нас самих, в нашей «теплохладности», в отсутствии решимости жить по Богу.

Есть закон духовной жизни, обойти который не удавалось никому и никогда. Закон этот звучит пугающе: «Дай кровь – прими Дух». Но если мы не хотим себя хоть немного ущемить в плотской жизни, – каждый в свою меру, конечно, – то нечего удивляться, что мы «ничего не чувствуем», нечего удивляться, что нет у нас живого общения с Богом. Потому, что нужно сначала «дать кровь». Не «сдать», заметьте. Речь идёт не о донорской акции, а о труде, о необходимости добровольного ущемления себя, ради приобретения, «стяжания» Святого Духа. А ведь это наша цель и если мы к ней не стремимся, то спрашивается в чём наше христианство?! В ношении крестика только?

Как же жизнь по Заповедям Божьим в этом безбожном мире? Ведь это и есть наш главный скорбный, но и радостный крест, крест, который надо нести, спасая терпением душу! Ведь в безропотном, сознательном и благодарном терпении скорбей и трудностей не только телесных, но и душевных – заключена великая возможность приобретения благодати.

Смысл поста в том, чтобы воздерживаться от всего, что удаляет нас от Бога, от того, что мешает в созидании духовной жизни. И все мы на самом деле хорошо знаем, что именно нам мешает, у каждого есть свои «препоны». Для одного это склонность к чревоугодию, для другого гневливость, для третьего привычка к осуждению, для четвёртого самолюбие, гордость… Вот на эти-то личные препятствия и нужно обратить особенное внимание, определить собственное поле борьбы. Наша цель не просто соблюсти необходимые правила, диету, нет. Наша цель – приблизиться к Богу, войти в живое, покаянное, но и радостное общение с Ним, стать причастником Его благости… И радость, реальная радость такого общения с лихвой покрывает все тяготы поста. Не зря ведь Господь говорит, что «иго Моё благо и бремя Моё легко есть». Ради сердечного сокрушения, ради чувства живого присутствия Божьего стоит ведь хоть немного себя смирить. И туга, скука, пустота сердечная, происходящие поначалу от такого смирения, свидетельствуют лишь о рабстве души, о её покорности плоти. А мы как истинные хозяева души покорим её духу, напитаем Словом Божьим, наполним молитвой, очистимся в таинстве исповеди, приобщимся Тела и Крови Христовой … Душа преобразится, возрадуется, оживет. Только так мы ОПЫТНО можем узнать, что же такое духовная жизнь. И объяснить это никакими словами невозможно. Нужно просто взять и попробовать. Христос есть, вкусите и видите!

(Священник Дмитрий Шишкин)

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

       Союз православных граждан Казахстана    Сайт Православной Интернет Карусель