Рейтинг:  0 / 5

Звезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна
 

Наталия Сухинина

Симеон ВерхотурскийВ далёком селе Утёвка Самарской губернии жил в конце прошлого века удивительный подвижник Григорий Журавлёв, уродец, родившийся без рук, без ног и зубами писавший чудные иконы. Я  рассказывала вам о его таланте и силе духа в одном из материалов. Как хотелось побыстрее увидеть его иконы в Утёвском храме, но храм был закрыт. Мне по­казали дом батюшки, отца Анатолия, пошла к нему за ключами. Но батюшки дома не оказалось.

- Придёт скоро, подождите, отпевать уехал в соседнюю деревню, - объяснила матушка.

Стоит на крылечке и объясняет. Вдруг кто-то невежливо отодвинул меня плечом и перед матушкой выросла мужская фигура.

- Привёз вам, матушка, маслице от святого Симео­на Верхотурского, вот иконочка, к мощам приложенная, а вот несколько картошин с той святой уральской земли. Посадите, будет вам картошечка от самого праведного Симеона.

Услышав слово «Верхотурье», я обрадовалась. Несколько месяцев назад иеромонах Филипп из Троице-Сергиевой Лавры по благословению Святейшего Патриарха был направлен туда наместником Свято-Николаевского монастыря, где покоятся мощи праведного Симеона Верхотурского.

- Вы из Верхотурья? - спросила мужчину.

- Нет, я здесь живу, в Утёвке, при храме, а туда ездил помолиться.

- А отца Филиппа видеть не пришлось?

- Как же, как же, видел, даже исповедовался у него. Вот она мне, нечаянная радость.

Расспрашивала я  об отце Филиппе уже в небольшой, тёплой сторожке. Мой новый знакомый, раб Божий Владимир, заварил горячего чайку, вот и беседуем не торопясь.

- Я ведь в Верхотурье давно собирался. Там раньше колония была для несовершеннолетних. Сидел я в ней, срок отбывал. А к Господу пришёл, душа не на месте, узнал, что там монастырь возродился. Просит душа поехать туда, и там, именно там покаяться в многогрешии своём. Вот и выбрался. Остаться хотел при монас­тыре, но отец Филипп пока не благословил, не время, рано.

Приехал батюшка. Открыл храм. Стал показывать иконы, фрески, писанные Григорием Журавлёвым зу­бами. Вот справа едва заметный, почти стёртый време­нем лик. Святой...

- Симеон Верхотурский, - объясняет батюшка. - Великий угодник Божий, на Урале подвизался.

Всматриваюсь в едва заметные контуры, делаю поклон. Благослови, праведный угодник, приехать в намоленные тобой края. Вот так и получилось, что Самарская земля помогла узнать о святом далёкого Урала. Чудны дела Твои, Господи!

...Хроника далёких богоборческих лет. Бодрым ша­гом, чётким строем идут колонисты по территории бывшего монастыря. Улыбаются. Видно, дано было им строгое указание - улыбаться. Кино всё-таки, история. Всматриваюсь в лица, вдруг увижу того самого Владимира из Утёвки, да разве узнаешь, столько лет прошло. За колонистами обшарпанные высокие сво­ды, вывеска «Здание аварийное, опасно». Это Крестовоздвиженский собор. Я смотрю хронику в маленькой келье, благословлённой наместником монастыря игуменом Филиппом мне под временное жильё. А в окно, чуть только штору отодвинуть - собор! Тот самый, Крестовоздвиженский, огромный, третий по величине в России. «Здание аварийное».

Вчера заходила в него, гулкая тишина, запах свежей краски. Недавно посетил обитель Святейший Патриарх. Патриаршая служба проходила именно здесь. Вот она, история. Кем пи­шется она? Кем вершится? Мощи праведного Симеона Верхотурского в другом, Преображенском храме, справа от царских врат. Три невысоких ступеньки к скромной раке. Делаю три земных поклона и припа­даю к мощам, испрашивая благословения у святого Симеона на завтрашнее путешествие к местам его мо­литвенных подвигов. Благочинный монастыря иеро­монах Митрофан сказал:

- Завтра утром отправимся...

Село Меркушино. Нам надо туда. Пятьдесят с лиш­ним километров от Верхотурья.

Мало что известно нам о родине Симеона, о его родителях и откуда пришёл он в эти северные земли. Говорят, принадлежали его родители к почётному сословию дворян, были благочестивы, усердны в вос­питании сына. Неизвестен даже год рождения святого, взята дата приблизительная - около 1607 года. Но богатство, звания, почести - это ли достоинства для богобоязненного сердца? Уходит Симеон подальше от мирских треволнений, подальше, подальше, в Сибир­скую страну, сплошь заселённую полудикими инородцами, к холмам, покрытым вечнозелёным кедром, ска­листым горам и холодным рекам. В селе Меркушино был храм святого архистратига Михаила, здесь-то и стал подвизаться праведный Симеон в посте и молит­ве. Но жилья своего у него не было, ходил из дома в дом, не иждивенцем, нет - портняжничал. Высоко­роден был, а не брезговал крестьянскими хатами и простым портновским ремеслом. «Шубы с нашивка­ми» - его основной «ассортимент». Кров и простая пища - плата. А если уж кто «зело» довольный ладно скроенной шубейкой хотел отблагодарить святого сверх меры, праведный сие не позволял: уходил поти­хоньку из дома и селился в новом месте. А ещё ловил рыбу. Верстах в десяти от Меркушино, подальше от людских глаз, под развесистой елью удил рыбку святой Симеон, но не богатого улова себе вымаливал, а ровно столько, сколько хватит пропитаться.

Крест на холодном ветру. Берег Туры, безлюдный, неприветный.

- Выходим.

Отец Митрофан ведёт меня почти к самой воде. Большой камень, гладкий от колючих ветров, виден издалека. Встаём на него, смотрим на серебряный речной глянец.

- Вот здесь, с этого самого камня, праведный Симеон ловил рыбу... С этого самого камня...

До Меркушино уже недалеко. Мы-то едем, а пра­ведный Симеон ходил по этой земле пешком. Пропо­ведовал слово Божие. Тихо, просто, задушевно. Язычники местные слушали его с вниманием, вразумлялись, тянулись к истине Христовой. Но небольшими годами отмечена была жизнь праведника. Скончался Симеон около тридцати пяти лет от роду. Похоронили его меркушинцы у церкви.

Выходим...

Новенькая церковь. Подворье Ново-Тихвинского женского монастыря. В храме безлюдно, служба уже закончилась. Теперь, так уж определено Божиим промыслом, могила праведного Симеона в самом храме, под иконостасом, почти под алтарём. Как случилось так? Прошло пятьдесят лет, как почил меркушинский праведник. Память о нём начала изглаживаться. И вот происходит великое, неслы­ханное доселе чудо. Гроб со святым Симеоном стал... выходить из земли, подниматься, вот уже и показался он поверх могилы. Сквозь щели гробовой крышки увидели местные жители нетленные останки святого. Кто он? Как имя праведника, никто не знал. Но исцелений было так много, что никто не сомне­вался в святости обретённых мощей. Но чьи же всё-таки это мощи? В 1695 году отправился в Верхотурье Тобольский митрополит Игнатий. Путь его лежал через Меркушино. Рассказали митрополиту о чудных исцелениях от нетленных мощей неизвестного праведника. Митрополит благословил разыскать старого жителя села. Привели согбенного старца.

- Родом святой из российского отечества, породы дворянской, странствовал в Верхотурском уезде. А вот имени его не упомню...

Собрал митрополит Игнатий на молитву православный люд. Давайте усердно молить Господа, дабы открыл имя новоявленного праведника. А по дороге в Верхотурье, отъехав семь вёрст от Меркушино, услышал явный голос:

- Симеоном зовут его! Симеоном зови его!

Вскоре митрополит получил радостное известие от меркушинского священника Иоанна. Тот увидел сон, в котором он стоял в церкви над гробом и недоумевал, как поминать праведника. И услышал голос: «Поминайте его Симеоном!» Так, чудным образом, было открыто имя святого. Мощи освидетельствовали, а чудеса и исцеления продолжались.

Три ступеньки вниз, под иконостас. Стоим у могилы праведного Симеона. Монахиня подворья сдвигает тяжёлую крышку, заглядываю в глубину могильной темноты. Зеркальная, застывшая гладь. Что это?

- Вода. Вот уже несколько веков из могилы Симеона Верхотурского сочится вода. Иногда её больше, иногда меньше. Сейчас совсем немного, видите? Водичка святая, целебная, несколько лет находясь в сосуде, она не подвергается порче. Много страждущих сюда приезжают, молятся, и даётся им по вере.

В сентябре 1704 года святые мощи праведного Симеона прибыли в Верхотурье, в Николаевский мужской монастырь. Со всех краёв Урала, Сибири потянулись к ним страждущие. Мне удалось погово­рить с одной старой жительницей Верхотурья, дом её родителей стоял на столбовой дороге. Девочкой была, а помнит, как шли в сторону монастыря больные - хромые, слепые, убогие. Дорога скорби, печали, горьких слёз. А обратно? А обратно шли исцелённые! Славили Господа, Его угодника Симеона, громко пели, охотно рассказывали о дарованных им чудесах. Только пришло время, опустела дорога, поросла быльём, а мощи святого праведника отпра­вились в горькое скитание по взбудораженной России.

Вечером, вернувшись из Меркушино, я вновь зашла в Преображенский храм. К мощам. После нашей по­ездки по местам его жития и духовных подвигов он стал мне ближе и роднее.

Водичка святая с его могилки припасена, тропарь ему почти наизусть выучен: «Мирского мятежа бегая, все желание обратил еси к Богу...» Теперь с особым упованием на силу его молитвы припадаю к святой раке.

У раки инок Далмат.

- Батюшка, когда же наконец? И он говорит мне:

- Сегодня.

Это мы — о встрече. С утра до вечера отец Далмат на ногах. А поговорить так необходимо.

- Вы уж обязательно побеседуйте с отцом Далматом, - благословил наместник. - Он у нас на особом послушании у праведного Симеона.

Долгожданная беседа. Мерцают огоньки свечей, кротким вздохом вторят им лампадки. Совсем рядом, только руку протяни - рака с мощами. Никого в храме, закончилась служба, завершился день.

- Святые мощи в Нижний Тагил увезли. Подальше с глаз, в музей, в запасники. Мне тогда лет семь было. Ремонт в музее затеяли, мощи вынесли под лестницу да и забыли, видно. А праведный Симеон стал многим в Тагиле являться, звать к себе. Молва-то быстро раз­неслась. Пошли верующие в музей. Билет купят и прямиком к праведному Симеону. Стоят, молятся про себя, а момент выберут и приложатся. И мы с матерью пошли. Я с детства о монастыре думал, но скрывал от всех, насмешек боялся. А мать к мощам подвела и шеп­чет: «Проси, чего хочешь». Я и взмолился: «Праведный Симеоне, помоги мне монахом стать». Мать спрашивает: «Попросил? » Да разве скажу, это была наша с Симеоном Верхотурским тайна. Мать тогда решила попросить смотрительницу, чтоб мощи открыла. За три рубля. Открой, говорит, что тебе стоит, заплачу, не бесплатно. А смотрительница атеистка ярая, какие ещё мощи, что за мощи, шумит, волнуется, мать и сама не рада. Убежали мы. На другой день отправились на разведку, а гардеробщица нам шепнула: «Нет мощей, увезли их в Свердловск». Вот ведь как быстро «под арест» взяли Симеона праведного.

Но мысль о монастыре не покидала мальчика Васю. Едва подрос, повезла его мать в Свердловск, хотела определить где-нибудь при храме, тяжело ей было одной с двумя детьми. Определила. И именно при том храме, сама того не ведая, где хранились мощи праведного Симеона. Опять стал молиться Василий: «Помоги мне, святой угодник, попасть в монастырь». Четыре года жил при мощах, при хра­ме. Бывало, придёт ночью в храм, встанет на колени перед ракой и молится...

Восемь лет назад мощи праведного Симеона отправляются к месту своей первой «прописки» - в Свято-Николаевский монас­тырь. Василий провожает их со слезами. Ему предлагают ехать следом за мощами, но он остаётся в Свердловске рядом с тяжело больной матерью. До срока. До особого Божьего промысла.

- Тяжело было, наверное, провожать праведного Симеона?

- Да, нелегко. Но ведь чудо случилось, когда раку с мощами выносил. Рака-то встала и минут пять стояла в воздухе. Ни с места. Прощался Симеон праведный с храмом.

- Как вы почувствовали это?

- А как не почувствовать? Поднимаем их, а они ни с места. Я уже и с силой дёргаю, никак. Один священник понял, что произошло. «Что, Василий, - спрашивает, - встали мощи?» А у меня ком в горле. Стали читать акафист, и только после этого мощи «пошли ».

Через 63 года после изъятия они вновь возврати­лись в Верхотурье. Но не было рядом с ними верного послушника Василия, пока не было. Пути Господни водили его в Дивеево, в Москву, наконец, приехал он помолиться в Верхотурье. И остался. Здесь, у раки, принял постриг с именем Далмат.

Уже пятый год инок Далмат стоит у раки. Тысячи людей проходят перед ним, и он, как никто другой, видит силу молитв перед мощами и чудеса исцелений. Сам он был исцелён праведным Симеоном дважды. Заметили, что особенно помогает праведный больным глазами, а ещё при немощи рук и ног.

Святого Симеона Верхотурского хорошо знают на Урале и в Сибири. Едут в Свято-Николаевский монастырь паломники из Челябинской области, из Екатеринбурга, Нижнего Тагила, Тобольска. Но Россия большая, а святыня эта не только уральская, а обще­российская. В монастыре готовы встретить паломников из самых разных уголков, дать кров, пищу, встретить у мощей Симеона Верхотурского с братским расположением и христианской любовью. После того, как монастырь посетил Патриарх, количество палом­ников резко увеличилось, о Верхотурье узнало много православных.

Запомните, Симеон имя ему, Симеоном его зовите...

Наталия Сухинина

Рассказ из книги Куда пропали снегири?

http://azbyka.ru/fiction/kuda-propali-snegiri/

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

       Союз православных граждан Казахстана    Сайт Православной Интернет Карусель