Рейтинг:  5 / 5

Звезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активна
 

Русский исследователь Центральной Азии Пётр Кузьмич КозловПётр Кузьмич Козлов (3 [15] октября 1863, Духовщина, Смоленская губерния — 26 сентября 1935, Петергоф, Ленинградская область) — русский исследователь Монголии, Тибета и Синьцзяна.

Ученик, последователь и один из первых биографов Н. М. Пржевальского. Действительный член АН УССР (1928), почётный член Русского географического общества.

Пётр Козлов родился в Смоленской губернии, в семье прасола. В детстве часто сопровождал отца в его поездках за скотом в Малороссию: тогда, вероятно, в нём и зародилась страсть к путешествиям. Учился Пётр в Александровском реальном училище, в Смоленске.

После случайной встречи со своим великим земляком Пржевальским в 1882 году, Пётр Козлов получил предложение участвовать в 4-й Центральноазиатской экспедиции. Для этого Козлову пришлось поступить вольноопределяющимся в армию, поскольку Н. М. Пржевальский комплектовал свои экспедиции исключительно из военнослужащих. С 1883по 1926 годы Козлов совершил шесть больших экспедиций в Монголию, Западный и Северный Китай и Восточный Тибет, три из которых возглавлял лично.

В 1886 г. "на Козлова вышел" основатель частного заповедника Аскания-Нова Фридрих Фальц-Фейн. Он обратился с просьбой помочь с поимкой в монгольских степях и доставкой в его зоопарк лошадей Пржевальского.

«Живой, энергичный, любящий и понимающий природу, Фальц-Фейн произвёл на меня чудесное впечатление - и я охотно пошёл ему навстречу»

— вспоминал Козлов. При содействии знакомого купца Ассанова, после ряда неудачных попыток, Козлову удалось выловить несколько диких жеребцов и кобыл, и невредимыми доставить их в Асканию. И в этом именно заповеднике, впервые в мире, лошади Пржевальского дали приплод в неволе.

Зимой 1899-1900 годов Козлов возглавлял экспедицию из 3 офицеров и 14 казаков по маршруту от российско-монгольской границы до «Страны снегов», с целью достичь столицы Тибета. Британская разведка в Индии, внимательно наблюдавшая за русскими экспедициями в Центральной и Восточной Азии, рапортовала своему руководству:

«Не удовлетворившись планами захвата порта в Персидском заливе, Россия намерена опередить нас в Тибете. Цель поручика Козлова — Лхаса. по специальному распоряжению императора».
В те годы земли Центральной Азии стали ареной т. н. Большой игры,

Несмотря на то, что добраться до Лхасы Козлову в этот раз не удалось из-за отказа тибетских властей пропустить экспедицию далее Чамбо (в 480 км северо-восточнее Лхасы), он собрал немало сведений о политической ситуации, географических особенностях и этно-конфессиональных противоречиях в этой части Тибета, населённой тангутами. Собранные произведенным в следующий чин по возвращении в Россию Козловым данные составили основу ряда аналитических записок офицеров Генерального штаба, которые в 1901-1903 гг. выступали в защиту планов оказания тайной военной помощи Тибету для отделения его от империи Дай-Цин-Го и преобразования в российский протекторат.

После конфликта вокруг Пенде (1885 г.) и, в особенности, инцидента у Доггер-Банки (октябрь 1904 г.), приведшего отношения между Россией и Британией к самой низкой точке со времен Русско-турецкой войны 1877-1878 годов, и резко возросшей в этой связи вероятности открытия боевых действий между двумя державами, Российское правительство направило П. К. Козлова, во главе еще одной секретной миссии, на этот раз в Ургу, чтобы прозондировать планы укрывавшегося там после английской оккупации ЛхасыДалай-ламы XIII относительно возвращения в Тибет. Куропаткиным Козлову было поручено сопровождать Далай-ламу и фиксировать в беседах с ним сведения, которые могут быть полезны для России, наряду со сбором информации об общем положении дел в Монголии и Западном Китае.

В апреле 1905 года Козлов прибыл в Ургу и после встречи с Далай-ламой XIII сообщил в Главный штаб об ожидании тибетским лидером признания независимости Тибета странами Европы при посредничестве России. Результатом миссии Козлова в Ургу стала организация тайного отъезда Далай-ламы из Урги в декабре 1906 г. сначала в монастырь Кумбум, а затем в Лхасу. План царских стратегов оказался выполненным лишь наполовину, из-за решения нового министра иностранных дел А. П. Извольского отказаться от аккредитации российского политического представителя в Лхасе.

Во время Монголо-Сычуаньской экспедиции (1907—1909) Козлов открыл в пустыне Гоби руины мёртвого тангутского города Хара-Хото. В ходе раскопок, проведённых в Хара-Хото в 1908 и 1909 гг., была обнаружена библиотека, состоявшая из самого крупного свода текстов на тангутском, китайском и др. языках (число около6000 свитков). Среди них — уникальные произведения буддийской литературы, неизвестные ранее и не имеющие параллелей на других языках. Экспедицией были собраны важные этнографические материалы о народах Монголии и Тибета. Результаты экспедиции изложены Козловым в книге «Монголия и Амдо и мёртвый город Хара-Хото» (1923).

В 1910 году в Лондоне состоялось знакомство Козлова с Петром Алексеевичем Кропоткиным. Между двумя маститыми географами завязалась переписка. В 1911 году Козлов избран почётным членом одновременно ИРГО - и Венгерского географического общества.

В 1913 году П. К. Козлов впервые лично посетил Аскания-Нову. Увиденное превзошло все его ожидания. После чего Козлов написал несколько научных и научно-популярных книг про Аскания-Нову и помог Фальц-Фейну пополнить заповедник экзотическими животными и растениями.

28 февраля 1913 г. Козлов был избран в члены Постоянной природоохранной комиссии ИРГО.

Когда весной 1917 г. начались революционные беспорядки, Фридрих Фальц-Фейн покинул Аскания-Нову. И возникла реальная угроза разграбления уникального заповедник. Тогда, по инициативе ИРГО и Академии Наук, Временное правительство назначило Козлова комиссаром для охраны заповедника Аскания-Нова. Впрочем, прибыл Козлов (вместе с женой) в заповедник уже после Октябрьской революции, в декабре 1917 года.

В свою последнюю экспедицию (Монголо-Тибетская, 1923—1926 годов) Козлов планировал попасть в Лхасу, столицу Тибета. Но из-за политических интриг НКИД и ОГПУ ему пришлось изменить свои планы и начать маршрут с Урги. Весной 1923 г., во время подготовительных работ, в Москве состоялось знакомство Козлова с немецким географом Вильгельмом Фильхнером, который также хлопотал по поводу собственной центральноазиатской экспедиции. Козлов подарил Фильхнеру две своих книги: «Монголия и Амдо и мёртвый город Хара-Хото» и «Тибет и Далай-лама» (1920). Фильхнер выразил восхищение итогами Монголо-Сычуаньской экспедиции. Козлов высказал пожелание увидеть издание книги на немецком языке...

Вынужденный, в конечном итоге, сосредоточиться на изучении Монголии (без Тибета), Пётр Козлов принимает решение произвести раскопки курганов хуннской (гуннской) аристократии (конец I в. до н. э. — начало I в. н. э.) в горах Ноин-Ула (Ноин-Улинские курганы). Вскрытие могильников увенчалось новыми научными открытиями мирового значения. В ноябре 1923 г., в Урге, состоялась последняя встреча Козлова со шведским путешественником Свеном Гедином.

Отойдя от научной работы, Пётр Козлов жил попеременно в деревне под Новгородом и в своей квартире в Ленинграде.

Умер Козлов от склероза сердца в санатории в Петергофе. Похоронен в Ленинграде на Смоленском лютеранском кладбище. Его вдова Елизавета Владимировна, пережившая мужа на 40 лет, получила международное признание в качестве орнитолога.

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

       Союз православных граждан Казахстана    Сайт Православной Интернет Карусель